2 августа – день памяти святого пророка Илии

Илия – один из самых почитаемых в Русской Церкви пророков. А ведь, в отличие от Исаии, Иеремии или Даниила, он не оставил нам ни книг, ни даже ярких пророчеств. На чем тогда основана такая любовь?

Еще в домонгольские времена на Руси было несколько храмов в честь Илии пророка. С именем этого ветхозаветного святого связаны многочисленные народные поговорки и присловья вроде известных «Илья пророк два часа уволок» или «С Ильина дня вода стынет». Все это свидетельствует: русский народ очень почитал Илию.

Конечно, приходится учитывать, что на Руси долго доживали свой век и языческие традиции, и Илию, вознесшегося на небо в огненной колеснице, часто сближали с образом громовержца Перуна. До сих пор нет-нет да и услышишь: «Илья пророк по небу на колеснице проехал», когда грохочет гром.

Имя этого пламенного проповедника Единого Истинного Бога упоминается в Новом Завете не реже, чем имя Моисея, передавшего людям Закон Божий. Более того, оба они – и Илия, и Моисей – лично участвовали в одном из событий евангельской истории: явились на горе Фавор и беседовали с преобразившимся Господом об ожидающей Его крестной смерти (Мф.17:1-6, Мк. 9:1-8, Лк. 9:28-36).

Из всех ветхозаветных праведников Господь удостоил беседы на Фаворе только двух – Моисея и Илию. Моисей единственный из всех израильтян говорил с Богом лицом к лицу: он вывел израильтян из Египта, где они были рабами, в землю обетованную. Он написал первые пять библейских книг. Писание называет его кротчайшим из всех людей на земле (Чис. 12:3).

Нрав Илии был гораздо более крутой. Выиграв состязание с языческими жрецами на горе Кармил и наглядно показав народу, что уповать следует на Одного-Единственного Бога, он лично расправился со всеми своими оппонентами. В другой раз – свел с неба огонь на стражу, явившуюся доставить его в царский дворец.

Почему же тогда он оказался собеседником Господа на Фаворе? Страдания Господа на Голгофе Исаия описал так подробно, словно сам стоял подле Креста (при том, что жил за 700 с лишним лет до этих событий). Пророку Даниилу были открыты и время явления в мир Сына Человеческого, и даже Его внешний облик. О пророке Илии не сохранилось никаких писаний.

Надо понимать, что пророку вовсе не обязательно предсказывать или создавать какие-то тексты: не оставил нам писаний, например, и Иоанн Предтеча, а Господь назвал его величайшим из пророков, рожденных женами (Лк. 7:28). Библейский пророк – это человек, говорящий с народом от лица Бога, возвещающий Его волю. Именно это и делал пророк Илия.

Он обращался к своим современникам с настойчивым призывом: прекратите делать вид, что поклоняетесь Богу, раз одновременно вы приносите жертвы Ваалу: Долго ли вам хромать на оба колена? если Господь есть Бог, то последуйте Ему; а если Ваал, то ему последуйте (3 Цар. 18:21).

Из книги пророка Малахии и от четырех апостолов-евангелистов мы знаем, что именно Илия вернется в мир накануне Второго Пришествия Господа Иисуса Христа и обратит сердца отцов к детям и сердца детей к отцам их (Мал. 4:6). Это значит, объясняет профессор Санкт-Петербургской духовной академии Александр Павлович Лопухин, что Илие предстоит проповедью «выровнять пропасть, отделяющую святейшего Бога-Судью от грешного народа».

А в книге Откровение Иоанна Богослова мы читаем, что в последние времена, когда весь мир подчинится власти антихриста, в Иерусалим явятся «два свидетеля», которые будут пророчествовать тысячу двести шестьдесят дней и имеют власть затворить небо, чтобы не шел дождь на землю во дни пророчествования их, и имеют власть над водами, превращать их в кровь, и поражать землю всякою язвою, когда только захотят (Откр. 11:3-6). Иоанн Богослов не назвал этих пророков, которые возвестят миру о Христе в дни всеобщего отступления от Него. Но один из них – точно пророк Илия, единодушно утверждают авторитетные толкователи книги Откровения. Ведь это он некогда затворил небо, чтобы не шел дождь на землю, а три с половиной года спустя помолился – и засохшая земля вновь приняла живительную влагу (3 Цар. 17:1-7, 18:1-45).

Пророк Илия, возносящийся на небо в огненной колеснице и возвращающийся на землю с огненной проповедью в дни завершения мировой истории, – одна из ключевых фигур, связывающих Ветхий и Новый Завет воедино. В нем соединились две важные черты.

Во-первых, беззаветная преданность Богу и стремление ревностно проповедовать Его. И во-вторых, особенная чуткость к слову Божию. В Третьей книге Царств рассказывается, как, скрываясь от гнева царицы Иезавели, Илия искал встречи с Богом на горе Хорив. Явление Господа сопровождалось разными природными знамениями – сильным ветром, землетрясением, огнем, но Илия знал: ничто из этого не было явлением Самого Бога. Вместе с тем пророк уловил и нечто другое, подобное веянию тихого ветра (в церковнославянском варианте – глас хлада тонка). И то был Господь (3 Цар. 19:11–12).

Для всякого постороннего Богу человека глас хлада тонка остался бы просто незамеченным. Но Илия узнал Господа и говорил с Ним. И эта способность слышать Бога сквозь шум и грохот мира, может быть и есть то главное, за что пророка Илию так ценит христианство.